История судебного разбирательства 30.07.2018 – Категория: Страховое право

Принцип непрерывности судебного разбирательства относится к тем принципам гражданского процесса, которые, с нашей точки зрения, незаслуженно обойдены надлежащим вниманием учёных-процессуалистов. Его значение для повседневной судебной практики, тем не менее, вряд ли можно подвергнуть сомнению. История развития всех принципов права интересна и поучительна. Однако история развития принципа непрерывности в некоторой степени даже загадочна.

Никаких определённых упоминаний о принципе или правиле непрерывности судебного разбирательства в дореформенных () источниках (как нормативных, так и научных) автору настоящей книги обнаружить не удалось, хотя некоторые современные исследователи утверждают, что непрерывность соблюдалась уже по Псковской судной грамоте: «Дело должен рассматривать тот посадник, который начал его слушать, и новый посадник или иной волоститель не продолжают его слушание, чем соблюдается непрерывность процесса и исключается возможность волокиты» Возможно, законодатели не уделяли внимания этому правилу, обходились без него, как, например действующий Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, где вообще не упоминается о перерывах в судебном разбирательстве. Можно предположить, что судебные разбирательства по некоторым делам, особенно в начале формирования Древнерусского государства, проводились непрерывно. Спорный вопрос решался лицом, осуществляющим правосудие, на месте и сразу. Этому способствовали и такие формы судебного разбирательства, как поединок (поле).

Как по Соборному Уложению г., так и по более ранним и более поздним нормативным актам процесс довольно чётко распадался на две процедуры — судебное следствие и вершение приговора. Первая стадия, на которой присутствовали стороны и поручители, заканчивалась составлением «судного списка» (протокола), который подписывался сторонами. Новые доказательства после этого представлять не разрешалось. Вершение приговора производилось, как правило, в отсутствие сторон, причём как судом, который проводил судебное следствие, так и вышестоящим судом, вплоть до московских судебных учреждений1. При таком положении дел само судебное разбирательство объективно распадалось на две части, между которыми имел место иногда достаточно существенный временной разрыв, так что говорить о принципе непрерывности в современном его понимании не приходилось, тем более что решение по делу иногда выносилось совсем не теми судьями, которые рассматривали дело по существу (исследовали доказательства по делу).

Подобный порядок сохранился вплоть до судебной реформы г. В соответствии со ст. ч. II т. 10 Свода законов Российской империи издания г. «суд обязан объяснить приготовляемое к слушанию дело всеми потребными к тому обстоятельствами, ничего случившагося не умолчать, и приступать к решению всякого дела, особливо сомнительнаго и требующаго изъяснения, не иначе, как по учинении надлежащих справок, как о подлинности документов, представленных тяжущимися, так и подлинности показаний, учинённых ими». После сбора справок, дополнений и объяснений суд должен был составить выписку или доказательную записку. Её готовила канцелярия «с присовокуплением к оной приличных законов» (ст. ). В ней должен отражаться «весь ход и все существо дела с начала и до конца» (ст. ). После составления докладной записки истец и ответчик приглашались для ознакомления с ней и «рукоприкладства» (ст. —). Скрепленную «рукоприкладством» записку секретарь докладывал на судебном заседании. Он также давал необходимые разъяснения по делу, зачитывая соответствующие документы. При докладе тяжебного дела, пока ещё судьи не начали совещаться и высказывать свои суждения о решении, имели право находиться и тяжущиеся (их

1 Там же. С.

поверенные), если они пожелают1. По выслушиванию докладной записки судьи приступали к принятию решения.

Это не означает, конечно, что дореформенному законодательству не были известны институты, подобные отложению дел и перерыву в судебном разбирательстве. Так, институт отсрочки суда был достаточно подробно разработан уже в Соборном Уложении г. и в других нормативных правовых актах. К. Кавелин указывает, что оба тяжущиеся, истец и ответчик, могли «в продолжение суда» просить об отсрочке его на некоторое время. Когда отсрочки просил один тяжущийся, то она давалась ему, не иначе как по какой-либо законной причине. Ими признавались необходимость доставления в суд крепости (документа, закрепляющего права), необходимость тяжущемуся подготовиться к ответу и др. Когда же об отсрочке просили оба тяжущихся, то «она давалась им и без законной причины, по одному обоюдному их согласию». Стороны заключали между собой соглашение о сроке, в который они должны были явиться на суд, это скреплялось подписью «под судной запиской». Кто не являлся в срок, установленный законом или соглашением сторон, тот признавался виновным и проигравшим дело. Само же дело называлось недосуженным, а записка об этом деле — недосуженной запиской2.

На законодательном уровне регулировалось также время работы судов и, соответственно, время отдыха в судебных учреждениях. «Заседания Присутствия бывают обыкновенные и чрезвычайные (ст. 35)», — отмечает П. Дегай3. «Обыкновенные заседания бывают ежедневно, кроме субботних и воскресных дней и табельных праздников (ст. 36) Присутствия начинаются в восьмом часу утра, и закрываются не ранее второго по полудни. По общему всех присутствующих согласию дозволяется открывать заседания и позже упомянутых часов, но с тем, чтобы присутствующие непременно уже все в одно время приезд и выезд имели и находились в присутствии не менее пяти часов, в случае же нужды и долее сего времени (т. 2, Общ. учр. Губ ст. 37)». Чрезвычайные заседания «могут быть назначаемы как по праздничным дням в обыкновенные часы, так 1

Фактически же, как указывал И.Е. Энгельман, сношения со сторонами имела только канцелярия, судьи знакомились с делом только по записке, составленной канцелярией (см. Энгельман И.Е. Указ. соч. С. 51). 2

См.: Кавелин К. Указ. соч. С.

Дегай П. Учебная книга российского гражданского судоустройства и судебного Делопроизводства. СПб., С. 4. Ссылки даются на статьи Общего Учреждения Губернского, многие нормы которого вошли в Своды законов Российской империи Различных изданий.

и ежедневно в послеобеденное время»1. Подобные нормы имелись и в Соборном Уложении г. (ст. 25 и 26 гл. X).

По Уставу гражданского судопроизводства от 20 ноября г. судебное разбирательство уже не делилось на две части, решение суда выносилось сразу после состязания сторон. «По окончании словесного состязания, судьи удаляются в особую комнату, где, обсудив выслушанное дело, постановляют по оному решение», — гласила ст. УГС. Примечательно, что суд мог вынести не полное решение, а только резолютивную часть (резолюцию) (ст. , УГС), причём и её объявление могло быть отложено при сложности дела до одного из последующих заседаний (ст. УГС). Провозглашая резолюцию, председатель назначал день, когда стороны могли явиться для прочтения решения в окончательной форме (ст. УГС). Для изготовления решения полагался срок не более двух недель (ст. ).

Тем не менее вопрос о непрерывности разбирательства решался примерно так же, как и ранее: из анализа действовавших процессуальных норм следовало, что отложение и перерыв разбирательства в современном понимании не различались, с какого места после отложения продолжать рассматривать дело решал, по-видимому, судья, законодательных запретов на рассмотрение в перерывах других дел не было.

Так, «в случае приведения новых обстоятельств или новых доказательств, суд по просьбе противной стороны, признанной уважительною, отсрочивает заседание, и, буде возможно, определяет день нового заседания, объявляя о сем публично» (ст. УГС); «если суд убедится в том, что дело, по сложности своей, не может быть разъяснено словесным состязанием, то, хотя бы ранее по нему, было представлено письменное объяснение (ст. ), от суда зависит предоставить тяжущимся по одному или по два письменных объяснения, с назначением для сего очереди и определённого срока» (ст. в ред. г.); «по предъявлении встречного иска (ст. ), слушание дела может быть отсрочено до другого заседания, по просьбе противной стороны или по усмотрению суда» (ст. в ред. г.).

Интересно, что в литературе в этих случаях и в отношении других случаев имеет место употребление термина «отложение» дела. Так, Е.В. Васьковский писал: «После заявления встречного иска суд может по просьбе истца или по своему усмотрению отложить

1 Там же. С. 4—5.

слушание дела до другого заседания (ст. )»1. В.А. Адамович, подробно перечисляя случаи отсрочек, также указывал: «Отсрочка дается с ограничениями, если желают отложить заседание суда для разбирательства дела»2.

Следует, однако, отметить, что в литературе уже упоминалась непрерывность разбирательства, хотя в законе прямых указаний на неё не было. Е.В. Васьковский отмечал, что «при устном производстве суд может воспринять весь фактический материал процесса сразу и во всей полноте. Этот материал создается сторонами тут же, в заседании, на глазах судей, в живом и непрерывном (выделено мной. — А.В.) судебном состязании»3.

По своей сути принцип концентрации, выделяемый Е.В. Вась- ковским, сильно напоминает принцип непрерывности заседания в его сегодняшнем понимании: «суд может составить себе гораздо более ясное и правильное представление о деле в том случае, когда он в одном и том же заседании, непосредственно перед постановлением решения, допросит всех свидетелей, сделает им очные ставки в случае разногласия между их показаниями, рассмотрит все документы, сопоставит их между собой и со свидетельскими показаниями, потребует разъяснения по поводу их у сторон и свидетелей, чем тогда, когда он выслушает в одном заседании часть свидетелей, в другом заседании, через более или менее значительный промежуток времени, — остальных свидетелей, в третьем — ознакомится с письменными доказательствами, в четвертом — осмотрит предмет спора, в пятом — выслушает заключение экспертов, а в последнем — прения сторон по поводу всех обстоятельств дела и доказательств, воспринятых частями в предшествующих заседаниях. При концентрации процессуального материала в уме судьи сама собой, автоматически вырисовывается живая и цельная картина дела; при исследовании материала по частям суд принужден сшивать белыми нитками не всегда приходящиеся друг к другу клочки смутных воспоминаний, сохранивших в его уме отдельные эпизоды процесса»4.

В первых нормативных актах советской власти: «Декрете о суде» Совета народных комиссаров, опубликованном 24 ноября г., «Декрете о суде (Декрет № 2)» ВЦИК без даты принятия (март г.), Декрете ВЦИК «О Народном Суде Российской Социа-

* Васьковский Е.В. Указ. соч. С.

Адамович В.И. Очерк русского гражданского процесса. 2-е изд., испр. и доп. СПб., С.

4 Васьковский Е.В. Указ. соч. С.

Там же. С. диетической Федеративной Советской Республики (Положение)» от 30 ноября г., «Положении о Народном Суде Российской Социалистической Федеративной Советской Республики» (Декрет ВЦИК от 21 октября г.) вопросы непрерывности разбирательства практически никак не отражались.

ГПК РСФСР г. также не установил правило непрерывности судебного разбирательства. В кодексе широко использовался термин «отложение» дела (разбирательства). Например, в соответствии со ст. 99 в случае признания судом необходимости личных объяснений неявившейся стороны он откладывает разбирательство, а в соответствии со ст. , «откладывая дело, суд назначает срок для представления или проверки доказательств, а также, если возможно, и день нового заседания». Решение выносилось также непосредственно после «судоговорения» (ст. ), причём в г. не предусматривалось вынесение предварительно резолютивной части, однако «в исключительных случаях, если в силу сложности дела изготовление решения требует продолжительного времени или предварительной подготовки, суд может по особому определению, публично объявляемому, отложить объявление решения на срок не свыше трёх дней» (ст. ). В г. в новой редакции этой нормы было установлено, что при отложении изготовления мотивированного решения суд должен объявить резолютивную часть решения в том же заседании, в котором дело закончено слушанием. То есть в определённом смысле возродилась норма УГС, только в более жёсткой для суда форме.

Советские процессуалисты, как и дореволюционные учёные, отложение дела иногда понимали как перерыв в разбирательстве. Так, А. Г. Гойхбарг писал: «Допустив представление сторонами новых доказательств после начала разбора дела, суд может назначить срок для представления или для проверки этих доказательств (если они не могут быть представлены или проверены в том же заседании). Откладывая по этому поводу дело, суд, если возможно, назначает и день нового заседания для дальнейшего (выделено мной. — А.В.) рассмотрения дела по существу»1.

А.Ф. Клейнман в г. уже выделяет отложение дела как отдельный процессуальный институт, указывая, что оно имеет место тогда, когда дело не готово к слушанию, не вызваны стороны, свидетели и т.п. «При хорошей подготовительной работе дело может быть разрешено в первом же заседании. В целях борьбы с волокитой следует добиваться такого положения, чтобы не от-

1 Гойхбарг А.Г. Указ. соч. С. кладывать дела без особо уважительных причин, а откладывая, тут же назначать день нового заседания»1. В таком ключе и излагался этот процессуальный институт многие годы. Интересно, что, рассматривая данный институт в своём учебнике г., В. Гранберг писал: «При новом слушании дела рассмотрение дела начинается с той стадии, на которой оно было закончено в прошлый раз»2.

И вдруг в г. в учебном пособии по гражданскому процессу С.Н. Абрамова (а затем в его же учебнике г.) непрерывность процесса не просто устанавливается, а позиционируется уже как принцип гражданского процесса наряду с состязательностью, дис- позитивностью, равноправием сторон и др. Интересно, что ссылок на нормы процессуального права при описании этого принципа не дается. С.Н. Абрамов писал: «Непрерывность процесса означает, что разбирательство дела от начала до конца и постановление судебного решения должны происходить непрерывно при неизменном составе судей. В постановлении решения по делу имеют право участвовать только те судьи, которые участвовали в разбирательстве дела от начала до конца. Из принципа непрерывности вытекают следующие положения: 1)

состав суда должен быть неизменным от начала рассмотрения дела до постановления решения, а в случае выбытия кого- либо из судей (например, по болезни) разбор дела должен быть отложен; 2)

в случае отложения разбора дела по каким бы то ни было причинам новое разбирательство дела должно производиться сначала; 3)

непрерывность вовсе не означает невозможность объявления перерыва для отдыха и по другим причинам, но недопустимо разбирательство и разрешение других дел тем же составом судей во время перерыва в разбирательстве дела; 4)

решение суда должно быть вынесено немедленно по окончании разбора дела.

Нарушение принципа непрерывности приводит, во-первых, к нарушению других принципов процесса (устности, непосредственности и др.) и, во-вторых, к невозможности осуществления судом его воспитательной задачи»3.

Клейнман А.Ф. Гражданский процесс: Учебник для юридических школ. М., Ї С.

3 Гранберг В. Указ. соч. С.

Абрамов С.Н. Гражданский процесс: Библиотека народного судьи. Кн. 5. М., С. 19; см. также: Абрамов С.Н. Советский гражданский процесс: Учебник.

С.

Возникает вопрос: откуда же появились такие выводы? Более того, почему и судебная практика взяла этот, по сути, не закрепленный в законе принцип «на вооружение»? Например, рассмотрев в порядке надзора дело по иску Куприяновского лесхоза к Михай- лы о взыскании руб. в возмещение ущерба, причинённого лесо- нарушением, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР, отменяя решение как необоснованное, кроме этого указала: «При рассмотрении дела суд допустил грубое нарушение принципа непрерывности процесса тем, что рассматривал это дело 22 мая г., решение вынес 29 мая г., а в этот промежуток времени рассматривал другие дела»1.

Ответ на эти вопросы мы находим в учебном пособии г. под редакцией М.А. Гурвича. Он прямо писал: «принцип непрерывности процесса действует в гражданском процессе по аналогии со ст. УПК РСФСР»2. Интересное положение, тем более что ГПК РСФСР, по-видимому, прямо не допускал аналогии процессуального законодательства3.

Действительно, ст. УПК г. гласила: «судебное заседание по каждому делу должно происходить непрерывно, кроме времени, назначенного для отдыха. Рассмотрение в перерыве других дел ранее окончания слушания начатого дела не допускается»4. Автору настоящей работы не удалось обнаружить данный принцип в Уставе уголовного судопроизводства г.

Вообще же уголовные процессуалисты неоднозначно относились к непрерывности заседания5. Даже тогда, когда указанное правило было закреплено в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик г. (ст. 37) и УПК РСФСР

1 Судебная практика Верховного Суда СССР/ № 1. С. 41—

Советское гражданское процессуальное право: Учеб. пособие / Под ред. М.А. Гурвича. М., С.

Ст. 4 ГПК, предусматривающая, что «за недостатком узаконений и распоряжений для решения какого-либо дела суд решает его, руководствуясь общими началами советского законодательства и общей политикой Рабоче-крестьянского правительства», относится, скорее, к применению материального права, что следует из системного ее толкования в совокупности с нормами ст. 3 и ст. 1 ГПК г. Тем не менее некоторые учёные прямо указывали: «Ряд вопросов гражданского процесса подлежит разрешению на основе правил уголовно-процессуальных кодексов союзных республик» (см.: Клейнман А.Ф. Советский гражданский процесс: Учебник. М., С. 25).

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. Петроград: Издание Организационного Подотдела Отдела управления Петрогубисполкома, С.

Интересно, что в уголовном судопроизводстве непрерывным было заседание, а не разбирательство. С нашей точки зрения, правильнее говорить о непрерывности разбирательства, поскольку судебное заседание — лишь одна из его форм.

I г. (ст. ), многие учёные не рассматривали его как принцип уголовного процесса. Это мотивировалось в основном тем, что данное правило не распространяет своё действие на все стадии процесса и оно не закреплено в Основах и УПК как основное положение.

Так, известный учёный А.С. Кобликов не включал принцип непрерывности разбирательства в состав принципов уголовного процесса и критиковал не менее известного процессуалиста М.С. Строговича и других учёных 1 за включение этого правила в состав принципов2. Не включал его в состав принципов и такой известный учёный, как К.Ф. Гуценко3.

Однако в учебнике под редакцией В.Е. Чугунова и Л.Д. Кокорева непрерывность судебного разбирательства рассматривается как полноценный принцип уголовного процесса (гл. III «Принципы советского уголовного процесса»): «с непосредственностью и уст- ностью связана непрерывность судебного разбирательства. Начав слушание дела, суд доводит его до конца, и, пока не закончит его рассмотрение, не может обращаться к рассмотрению других дел. Судьи не должны одновременно рассматривать несколько дел, так как такой порядок нарушал бы целостность впечатлений суда о всех обстоятельствах дела, отрицательно сказался бы на установлении истины по делу. Если суд перенес дело слушанием на другой срок, то при новом рассмотрении дела он должен начать слушать дело заново»4; «последовательно соблюдая этот принцип, судьи, пока они не закончили рассмотрение уголовного дела, не должны рассматривать и административные дела, а также решать иные вопросы (принимать посетителей, разрешать жалобы и т.д.) так как все это может помешать правильному восприятию обстоятельств уголовного дела»5.

В науке гражданского процесса правило непрерывности судебного разбирательства с х гг. прошлого века прочно заняло место в системе принципов. Практически в любой учебной и научной 1

См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., Т. 1. С. — ; Перлов И.Д. Подготовительная часть судебного разбирательства в советском уголовном процессе. Мм С. 7—42; Уголовный процесс. М.,

С. 2

Советский уголовный процесс: Учебник / Под ред. А.С. Кобликова. М., С.

Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов^ Под ред. К.Ф. Гуценко. М., С.

Уголовный процесс РСФСР: Учебник / Под общ. ред. проф. В.Е. Чугунова и доц. Л.Д. Кокорева. Воронеж, С.

Там же. С. работе непрерывность рассматривалась как основное правило гражданского судопроизводства.

Так, А.Ф. Клейнман в г. писал: «Принцип непрерывности процесса означает, что с начала разбирательства дела до постановления решения по этому делу не может быть изменений в составе суда. В силу принципа непрерывности решение должно быть постановлено немедленно по окончании разбирательства дела и объявлено немедленно по окончании совещания. Пока решение не объявлено, суд не вправе приступать к рассмотрению другого дела во время перерыва»1.

К.С. Юдельсон особо обращал внимание на причины требования непрерывности разбирательства: «Принцип непрерывности процесса2 состоит в том, что внимание суда должно быть сосредоточено на одном деле, пока оно не будет завершено вынесением судебного постановления»3. Он же на первое место в характеристике действия этого принципа ставит не неизменность состава суда, а то, что «перерывы во время рассмотрения дела возможны (для отдыха, в ночное время), но во время перерывов недопустимо рассмотрение других дел, так как это будет рассеивать внимание судей»4.

М.А. Гурвич в учебном пособии г., описывая принцип «непрерывности процесса», приходит к похожим выводам о его содержании и действии, за одним существенным исключением: он не включает в состав принципа непрерывности правило неизменности состава суда в разбирательстве. С его точки зрения, неизменность состава суда — это проявление принципа непосредственности, а не непрерывности разбирательства5.

В итоге принцип, сформулированный в учебных и научных работах, был закреплён законодательно — сначала в Основах гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик (утверждены Законом СССР от 8 декабря г.) (ст. 35), а затем в ГПК РСФСР г. (и ГПК других республик СССР).

Часть 3 ст. ГПК РСФСР устанавливала, что «судебное заседание по каждому делу происходит непрерывно, кроме времени,

1 Клейнман А.Ф. Советский гражданский процесс: Учебник. М., С.

Название принципа, которое употреблялось в то время, конечно, не совсем точно: очевидно, что речь идет лишь о непрерывности судебного разбирательства, а не всего процесса.

Юдельсон К.С. Советский гражданский процесс: Учебник. М., С.

Там же.

Советское гражданское процессуальное право: Учеб. пособие / Под ред. М.А. Гурвича. М., С. назначенного для отдыха. До окончания рассмотрения начатого дела или до отложения его слушания суд не вправе рассматривать другие дела». Интересно, что о неизменности состава суда говорилось в ч. 2 этой статьи: «Разбирательство дела происходит устно и при неизменном составе судей. В случае замены одного из судей в процессе рассмотрения дела разбирательство дела должно быть произведено с самого начала».

К действию указанного принципа имел отношение и ряд других норм ГПК. Так, ч. 1 и 2 ст. устанавливали: «Новое разбирательство дела после его отложения начинается сначала. Суд, откладывая разбирательство дела, назначает день нового судебного заседания с учётом времени, необходимого для вызова лиц, участвующих в деле, или истребования доказательств, о чем объявляет явившимся лицам под расписку. Неявившиеся и вновь привлекаемые к участию в процессе лица о времени нового судебного заседания извещаются повестками». Ст. ГПК устанавливала: «Решение выносится немедленно после разбирательства дела. В исключительных случаях по особо сложным делам составление мотивированного решения может быть отложено на срок не более трёх дней, но резолютивную часть решения суд должен объявить в том же заседании, в котором закончилось разбирательство дела».

Несмотря на новации в законодательстве, освещение принципа в учебных и научных работах не претерпело каких-либо существенных изменений.

Признанным научным авторитетом в области принципов гражданского процесса в 70^е гг. прошлого века являлся В.М. Семёнов. Он был автором глав, посвящённых принципам во многих учебных и научных работах1. Свои взгляды наиболее подробно он изложил в монографии «Конституционные принципы гражданского судопроизводства»2. По его мнению, «принцип непрерывности заключается в том, что дело должно быть рассмотрено от 1

См.: Семёнов В.М. Развитие принципов советского гражданского процессуального права в период развернутого строительства коммунизма // XXII съезд КПСС и вопросы государства и права: Сборник статей. Свердловск, С. —; Гражданское судопроизводство: Учеб. пособие / Под ред. В.М. Семёнова. Свердловск, ; Советский гражданский процесс: Учебник / Отв. ред. К.И. Комиссаров, В.М. Семёнов. М., ; Курс советского гражданского процессуального права: В 2 т. Т. 1 / Мельников А.А., Богуславский М.М., Гукасян Р.Е. и др. М., '; Советский гражданский процесс: Учебник / Под ред. К.И. Комиссарова,

В-М. Семёнова. М., 2

См.: Семёнов В.М. Конституционные принципы гражданского судопроизводства. М., С. М.,

начала до конца в одном судебном заседании, включая вынесение решения по делу. До окончания разбирательства начатого дела или отложения его слушания суд не вправе рассматривать другие дела»1. Следует заметить, что В.М. Семёнов не включал правило несменяемости судей в принцип непрерывности, а относил его к принципу непосредственности судебного разбирательства.

С.С. Кипнис, ГТ.Я. Трубников прямо писали, что «неизменность состава судей, рассматривающих дело, — также проявление принципа непосредственности советского» судебного процесса»2.

А.Т. Боннер указывал, что «принцип непрерывности судебного разбирательства заключается в том, что судебное заседание по каждому делу должно проходить непрерывно, кроме времени, назначенного для отдыха»3. Он критиковал определение принципа как необходимость рассмотрения дела «от начала до конца в одном судебном заседании, включая вынесение решения по делу», так как по объективным причинам рассмотрение дела может откладываться неоднократно4. Несменяемость судей он не относил к указанному принципу.

Вообще, следует отметить, что такая точка зрения (рассмотрение правила несменяемости судей как составляющую принципа непосредственности, а не непрерывности судебного разбирательства) стала в эти годы, да и сейчас остается господствующей в отечественной науке гражданского процесса. Так, Р.Е. Гукасян писал: «Рассмотрение конкретного дела неизменным составом судей — важное условие обеспечения непосредственности восприятия судом всех обстоятельств дела»5. Эту точку зрения разделяли учёные практически всех научных школ6, включая МГУ7. Однако начиная с х гг. в различных учебниках, в которых автором соответствующих глав (а часто также и редактором всего учебника) являлся М.К. Треушников, неизменность состава суда вновь 1

Там же. 2

Кипнис С.С., Трубников П.Я. Указ. соч. С.

Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.С. Шакарян. М., С.

Там же.

Гражданское процессуальное законодательство: Комментарий / Под ред.

М.К. Юкова. М., С.

^ 7

См., например: Гражданский процесс. Учебник / Под ред. B.A. Мусина, Н.А. Чечиной, Д.М. Чечота. М., С.

Советский гражданский процесс: Учебник / Под ред. А.Ф. Клейнмана. М., С. 32 (автор главы — А.Ф. Клейнман); Советский гражданский процесс / Под ред. А.А. Добровольского. М., С. 27 (автор главы — М.Т. Авдюков); Советсткий гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., С. 45 (автор главы — П.В. Логинов).

представлялась как главная составляющая принципа непрерывности: «В соответствии с этим принципом разбирательство дела осуществляется при неизменном составе суда»1.

Таково было положение дел в науке гражданского процесса. На практике же действие данного принципа, несмотря на все его положительные стороны, порождало определённые неудобства для судей (а иногда и для других участников процесса). Особенно такие неудобства проявлялись при рассмотрении сложных дел, когда судебное разбирательство одного дела растягивалось на многие дни. Если в этот период появлялись основания для отложения дела (например, кто-либо из участников процесса заболевал, обнаруживалась «недостача» какого-либо важного доказательства), то судьи, дабы не «пропадал труд», иногда объявляли перерыв: ведь если дело отложить, то в соответствии с законом разбирательство следовало бы начинать заново, т.е., в том числе, исследовать ещё раз уже исследованные доказательства. Но, объявляя в таких случаях перерыв, судьи по закону не могли рассматривать иные дела. Особенно часто так бывало при рассмотрении уголовных дел, но иногда и гражданских. Постепенно стала нарастать критика данного принципа, исходящая в основном от судей.

Так, председатель Лангепасского городского суда Тюменской области Е. Блиновская писала: «Полагаю, что для профессионального судьи непрерывность процесса для принятия правильного решения никакого значения не имеет, хотя сам по себе этот принцип имеет важное значение для защиты права сторон на скорое разрешение их спора.

Однако в ряде случаев возникает необходимость отложить слушание дела на полдня или более — не может явиться важный свидетель, забыли дома документы и т.д. Чтобы из-за этого не возникала необходимость начинать процесс заново, как того требует ст. ГПК, можно было бы внести изменения в ч. 3 ст. ГПК и последнее предложение в этой статье сформулировать в следующей редакции: «До окончания рассмотрения дела или до отложения его слушания суд не вправе рассматривать другие Дела, кроме случаев рассмотрения других дел судьёй единолично в период процессуально мотивированных перерывов» Аналогичное изменение следовало бы внести и в ст. УПК»2.

1 Учебник гражданского процесса / Под ред. М.К. Треушникова. М., С- 49; см. также: Гражданский процесс: Учебник для юридических вузов / Под ред. М.К. Треушникова. М., ; Гражданский процесс: Учебник для юридических вузов / Под ред. М.К. Треушникова. М.,

Блиновская Е. Как сократить сроки рассмотрения уголовных и гражданских Дел // Российская юстиция. № 5. С. Серьёзные споры по поводу этого принципа имелись и в рабочих группах по подготовке проектов новых процессуальных кодексов (ГПК, АПК, УПК). Приведём лишь одну выписку из протокола заседания рабочей группы по подготовке проекта ГПК от г.:

«М.К. Треушников. О непрерывности ваши мнения?

И. К. Пискарев. Второе предложение я бы убрал.

Г.А. Жилин. Надо отказаться от принципа непрерывности, практически это будет оправданно.

М.К Треушников. Высказывайтесь по очереди.

Я. С. Романенков. Я подхожу осторожно к этому принципу, если только при отложении вынесения решения. А в процессе, пока не исследованы доказательства, не нужно убирать этот принцип.

М.С. Шакарян. Я поддерживаю Н.С.

П.Я. Трубников. Я тоже.

М.К Треушников. Практически все за то, чтобы оставить.

С. В. Розина. Не согласна с вами. Судьи помнят все обстоятельства дела, не будет ничего страшного, если мы откажемся.

Г.А. Жилин. Я присоединяюсь к мнению С.В.

И.К Пискарев. Если оставлять, то давайте уточним, какие категории дел»1.

Отзывы по поводу данного принципа, закрепленного в проекте ГПК, также были неоднозначными. Так, в «Предложениях по проекту отдела юстиции Нижегородской области» было указано: «Часть 3 статьи изложить в следующей редакции: "принцип непрерывности не распространять на сложные дела, судья вправе в период отложенного дела рассматривать другие дела"»2; в «Предложениях по проекту Управления юстиции Администрации Красноярского края» предлагалось закрепить непрерывность в качестве принципа гражданского процесса3; по мнению Л.Ю. Нинской — судьи Черкесского горсуда Карачаево- Черкесской Республики, высказанному на научно-практической конференции (22 июня г., Российская правовая академия), принцип непрерывности в определённой мере показной: «У меня определённое мнение о непрерывности судебного разбирательства. С чем мы сталкиваемся на практике? Есть сложные гражданские дела, слушание которых приходится откладывать по 5—6 раз.

Тот 1

Путь к закону (исходные документы, пояснительные записки, материалы конференций, варианты проекта ГПК, новый ГПК РФ) / Под ред. М.К. Треушникова. М., С. 2

Там же. С.

Там же. С. же судья, те же стороны, тот же прокурор пришел, но мы изображаем непрерывность судебного разбирательства: оглашаем показания тех свидетелей, которые у нас уже были, материалы дела»1.

В итоге принцип непрерывности судебного разбирательства не был закреплён в новых УПК РФ и АПК РФ2, сохранен в ГПК РФ. Таким образом, из пяти видов судопроизводства в государственных судах РФ (уголовное, гражданское, административное, конституционное, арбитражное3) указанный принцип действует лишь в двух — гражданском и конституционном.

Ст. 34 Федерального конституционного закона РФ от 21 июля г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»4, «Непрерывность судебного заседания», устанавливает: «Заседание Конституционного Суда Российской Федерации по каждому делу происходит непрерывно, за исключением времени, отведенного для отдыха или необходимого для подготовки участников процесса к дальнейшему разбирательству, а также для устранения обстоятельств, препятствующих нормальному ходу заседания.

Конституционный Суд Российской Федерации до принятия решения по делу, рассматриваемому в пленарном заседании, или до отложения его слушания не может рассматривать в пленарном заседании другие дела.

Палата Конституционного Суда Российской Федерации до принятия решения по рассматриваемому делу или до отложения его слушания не может рассматривать другие дела, отнесенные настоящим Федеральным конституционным законом к компетенции палаты.

До принятия решения по делу, рассматриваемому в пленарном заседании Конституционного Суда Российской Федерации, возможно рассмотрение других дел в заседаниях палат. До вынесения решения по делу, рассматриваемому в заседании палаты, возможно рассмотрение других дел в пленарном заседании».

1 Там же. С.

Серьёзную критику отказа от принципа непрерывности в арбитражном судопроизводстве см.: Шерстюк В.М. Развитие принципов арбитражного процессуального права. М., С.

Несмотря на то что в ст. Конституции РФ данный вид судопроизводства не назван, мы считаем, что он существует. Например, в п. 4 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации» от 1 июня г. No 53—Ф3 перечислены все пять указанных видов судопроизводства.

4

Российская газета. 23 июля; Собрание законодательства Российской Федерации. 25 июля. № 13, ст.

Как же закреплён этот принцип в ГПК РФ г.?

Основной нормой является ч. 3 ст. ГПК, которая называется «Непосредственность, устность и непрерывность судебного разбирательства»: «Судебное заседание по каждому делу происходит непрерывно, за исключением времени, назначенного для отдыха. До окончания рассмотрения начатого дела или до отложения его разбирательства суд не вправе рассматривать другие гражданские, уголовные и административные дела»; ч. 1 указанной статьи посвящена непосредственности, а ч. 2 — неизменности состава суда.

Важное значение имеет и ст. ГПК «Отложение разбирательства дела», особенно её ч. 3: «Разбирательство дела после его отложения начинается сначала»; ч. 1 данной статьи указывает на основания отложения, а ч. 2 регламентирует назначение даты заседания и извещение лиц, участвующих в деле. Критика непрерывности не прошла даром, и это отразилось на новой норме, закреплённой в ч. 3 ст. «В случае, если стороны не настаивают на повторении объяснений всех участников процесса, знакомы с материалами дела, в том числе с объяснениями участников процесса, данными ранее, состав суда не изменился, суд вправе предоставить возможность участникам процесса подтвердить ранее данные объяснения без их повторения, дополнить их, задать дополнительные вопросы».

Данная новация идёт «в русле» уже существовавшей нормы, которая закреплена в ГПК РФ в ст. («при отложении разбирательства дела суд вправе допросить явившихся свидетелей, если в судебном заседании присутствуют стороны. Вторичный вызов этих свидетелей в новое судебное заседание допускается только в случае необходимости») и в ст. («Показания свидетелей, полученные в случаях, предусмотренных статьями 62, 64, частью первой статьи 70 и статьей настоящего Кодекса, оглашаются в судебном заседании, после чего лица, участвующие в деле, вправе дать по ним объяснения»).

Немного изменилась норма оглашения «резолюции» (ст. ГПК): «Решение суда принимается немедленно после разбирательства дела. Составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела, но резолютивную часть решения суд должен объявить в том же судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела. Объявленная резолютивная часть решения суда должна быть подписана всеми судьями и приобщена к делу». Видно, что упоминание об «исключительных случаях» и «особо сложных делах» исчезло. Это, однако, не означает, что суд не может сразу принять и огласить мотивированное решение: оглашение сначала только резолютивной части — не обязанность, а право суда. Представляется, что законодатель ориентирует всё-таки судей на принятие и оглашение полного решения сразу после окончания прений: «После принятия и подписания решения суд возвращается в зал заседания, где председательствующий или один из судей объявляет решение суда. Затем председательствующий устно разъясняет содержание решения суда, порядок и срок его обжалования. При объявлении только резолютивной части решения суда председательствующий обязан разъяснить, когда лица, участвующие в деле, их представители могут ознакомиться с мотивированным решением суда» (ч. 1 и 2 ст. ГПК).

«В скобках» заметим, что норма ч. 1 ст. ГПК, устанавливающая, что «Решение суда принимается немедленно после разбирательства дела», представляется несколько некорректной: принятие и оглашение решения большинством учёных и практиков считается составной частью судебного разбирательства и, соответственно, судебного заседания; более правильна норма ст. ГПК: «После судебных прений суд удаляется в совещательную комнату для принятия решения».

К рассматриваемому принципу имеют отношение и иные нормы ГПК РФ, например ст. («Рассмотрение дела судом апелляционной инстанции»), ст. («Судебное заседание в суде кассационной инстанции») и некоторые другие.

Доктринальное отображение принципа практически не изменилось, лишь иногда авторы с одобрением отмечают изменения, касающиеся оглашения резолютивной части решения (увеличение срока до пяти дней и снятие всех ограничений при оглашении резолюции)1.

Некое подобие дискуссии развернулось по поводу тезиса М.К. Треушникова о том, что рассмотрение заявления о вынесении судебного приказа производится без судебного заседания и не относится к нарушениям принципа непрерывности, если такое рассмотрение имеет место в перерыве между заседаниями по гражданскому делу2. С данной трактовкой норм непрерывности не согласна Г.Л. Осокина. Перерыв предназначен для отдыха судей, пишет она, для того, чтобы решить вопрос о выдаче судебного приказа, т.е. рассмотреть дело по заявлению взыскателя, судья обязан вникнуть в суть его просьбы, изучить документы и облечь

Гражданское процессуальное право: Учебник / Под ред. М.С. Шакарян. М., С.

Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., С. 62; Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., С. свои выводу в установленную процессуальную форму, что требует от него определённых умственных и физических усилий1.

В литературе встречаются высказывания, в которых принцип определяется в форме, несколько отличной от общепринятой: «Принцип непрерывности судебного разбирательства состоит в том, что судебное заседание должно происходить непрерывно или же по частям в установленной законом последовательности, когда между частями судебного разбирательства существуют незначительные промежутки во времени, чтобы у судей, которые сосредоточиваются на рассмотрении данного дела, смогло сложиться цельное впечатление о деле, которое они и должны отразить в решении»2.

Кроме того, дискуссионным стал вопрос о том, могут ли судьи, удалившись на совещание, по окончании рабочего дня или для других целей выходить оттуда, если ещё не готова даже резолютивная часть решения. Так, О.А. Рузакова пишет: «Недопустимо нарушение данного принципа при вынесении судебного постановления. Это обеспечивается и тайной совещательной комнаты. До принятия решения (резолютивной части решения — по сложным делам) судья не может покинуть совещательную комнату»3.

Что касается норм зарубежного права, то, как мы уже отмечали, этот принцип был традиционно присущ мусульманскому праву: «Если дело достаточно разъяснено в заседании суда, то решение должно быть постановлено тотчас, так как быстрота в судебных делах, по мнению мусульман, есть первейшее требование»4. То же можно сказать и о современном мусульманском праве: «В идеале любой спор решается кади единолично в течение одного судебного заседания»5.

В работах о европейском гражданском процессе, гражданском процессе США и Англии упоминаний о принципе непрерывности разбирательства автор настоящей книги не обнаружил, однако В.К. Пучинский в своих работах неоднократно отмечал, что в буржуазной правовой литературе можно встретить упоминания о принципе «концентрации материалов» или «концентрации процессуального материала»6, связь которого с непрерывностью разбирательства рассмотрена выше.

1 См.: Осокина ГЛ. Гражданский процесс: Общая часть. М., С.

Власов А.А. Указ. соч. С.

Постатейный комментарий к гражданскому процессуальному кодексу российской федерации / Под ред. П.В. Крашенинникова. М., С.

4 Ван ден Берг Л.B.C. Указ. соч. С.

Сюкияйнен Указ. соч. С.

Пучинский В.К. Гражданский процесс зарубежных стран / Под ред. B.B. Без- баха. М., С. 75, В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за III квартал г. (по гражданским делам), утверждённом постановлениями Президиума Верховного Суда РФ от 3 и 24 декабря г., на вопрос: «Вправе ли суд удалиться в совещательную комнату в пятницу вечером, а в понедельник утром огласить решение по делу?» дается следующий ответ: «Часть 3 ст. ГПК РФ устанавливает, что судебное заседание по каждому делу происходит непрерывно, за исключением времени, назначенного для отдыха. До окончания рассмотрения начатого дела или до отложения его разбирательства суд не вправе рассматривать другие гражданские, уголовные и административные дела. Одним из видов времени отдыха, согласно ст. Трудового кодекса Российской Федерации, являются выходные дни. Однако это положение касается самого' судебного разбирательства и не может относиться к вынесению решения, поскольку при вынесении решения должна соблюдаться тайна совещательной комнаты (ст. ГПК РФ). При удалении суда в совещательную комнату в пятницу вечером должны быть применены положения ст. ГПК РФ, которая устанавливает, что решение суда принимается немедленно после разбирательства дела. При этом составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела, но резолютивную часть решения суд должен объявить в том же судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела.

Таким образом, в случае удаления суда в совещательную комнату в пятницу вечером решение по делу не может быть оглашено в понедельник утром. Судья не вправе покидать совещательную комнату, так как при этом нарушается тайна совещательной комнаты. В случае невозможности составления мотивированного решения в пятницу вечером суд должен в тот же день огласить резолютивную часть решения».

Так в чём же состоит содержание правила непрерывности разбирательства, является ли оно принципом, о чем говорят тенденции его эволюции? Сначала следует определиться с главными терминами: «перерыв», отложение», «судебное разбирательство», «судебное заседание». Следует отметить, что данным вопросам также не уделяется в научной и учебной литературе достаточного внимания, во многих Работах, причём как по гражданскому, так и по арбитражному и уголовному процессам понятия «судебное разбирательство» и «судебное заседание» употребляются как равнозначные, причём так было и до революции г Кроме этого, в настоящее время указанные понятия рассматриваются почти всегда только как стадия процесса. Лишь в некоторых работах авторы пытаются глубже рассмотреть данные институты. Например, Т.В. Докучаева верно указывает, что судебное заседание может проводиться по совершенно разным вопросам (выполнение судебного поручения, сложение штрафа, восстановление сроков, отмена обеспечения иска2, предварительное заседание, внесение исправлений в решение суда и т.д.), которые могут разрешаться на разных стадиях. Естественно, что уже только поэтому эти два института отождествлять нельзя.

Наиболее правильной и соответствующей закону нам представляется точка зрения о том, что судебное заседание является одной из форм судебного разбирательства3, причём самой распространенной формой. Данная форма характеризуется тем, что участники разбирательства собираются вместе4 и преимущественно сидят во время разбирательства в помещении, специально для этого приспособленном5. Другими формами разбирательства были поединок (поле), ордалии, вече.

Возможно ли разбирательство дела без заседания в настоящее время? С нашей точки зрения, возможно. Это допускается законодательством о третейских судах, а в гражданском судопроизводстве — в случае осмотра на месте (ст. ГПК)6, при вынесении судебного приказа. На последнем случае остановимся подробнее.

1 См.: Васьковский Е.В. Указ. соч. С. , В данной работе Е.В. Васьковский употребляет понятие «разбор дела» в судебном заседании, а также понятие «рассмотрение дела».

Гражданское процессуальное право: Учебник / Под ред. М.С. Шакарян. М., С.

См., например: Власов А.А. Указ. соч. С. ; Воронов А.Ф. Арбитражный процесс: Учеб. пособие. М., С.

См.: Ожегов С.Н. Словарь русского языка. М., С.

Это может быть зал судебного заседания в помещении суда, в другом месте — при выездном заседании, или помещение «на сенях» в княжеских хоромах, где судил князь по Псковской судной грамоте («А князь и посадник на вечи суду не судят, судити им у князя на сенех, взираа правду по крестному целованью» (ст. 4 ПСГ).

По сути дела, осмотр на месте в порядке ст. ГПК РФ — это часть разбирательства вне помещения, в котором проходит заседание. Данный осмотр на месте производится именно в ходе разбирательства дела, его результаты заносятся прямо в протокол судебного заседания. Его необходимо отличать от осмотра, произведённого до судебного разбирательства. Протоколы осмотра на месте, который произведён до судебного разбирательства, оглашаются в заседании (ч. 2 ст. ГПК). Что есть разбирательство дела помимо того, что это стадия процесса? Разбирательство дела в широком его понимании — это рассмотрение и разрешение конкретного дела1. Разрешение дела — это, как нам представляется, комплекс процессуальных действий, совершаемых в процессе принятия решения (оценка доказательств, определение того, какие обстоятельства, имеющие значимость для дела, установлены, а какие — нет, определение правоотношений сторон, того, какой закон должен быть применен по данному делу, и того, подлежит ли иск удовлетворению (ч. 1 ст. ), а также собственно составление, изложение и оглашение решения). Рассмотрение дела — это комплекс процессуальных действий, предшествующих принятию решения. Каждое дело должно быть рассмотрено и разрешено. Требования, по которым выносятся судебные приказы, рассматриваются как гражданские дела (соответственно приказное производство — один из видов производства в суде первой инстанции). Значит, и указанные дела должны быть рассмотрены и разрешены, пусть и без судебного заседания. Заметим, что имеется некое противоречие между положениями ст. 22 и ГПК. В ст. 22 сказано, что «суды рассматривают и разрешают дела по указанным в ст. настоящего Кодекса требованиям, разрешаемым в порядке приказного производства», а в ч. 2 ст. установлено, что приказ выносится без судебного разбирательства. Но ведь судья рассматривает и разрешает дело! Он изучает документы, применяет норму права к установленным на основании документов обстоятельствам. Представляется, что все эти действия можно расценить как разбирательство дела в особой форме, без судебного заседания, а в ч. 2 ст. ГПК следует указать, что судебный приказ выносится не без судебного разбирательства, а без судебного заседания2. Соответственно, мы считаем, в перерыве судебного разбирательства выносить судебные приказы нельзя.

Чем по существу отличается перерыв от отложения разбирательства дела?

Перерыв в судебном заседании — это временная остановка судебного разбирательства на определённый срок исключительно для отдыха участников процесса, если отсутствуют иные препятствия

1 См.: Власов АЛ. Указ соч. С. ; Арбитражный процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М., С.

Мы уже не раз отмечали, что «приказное производство», с нашей точки зрения, противоречит почти всем, в том числе и конституционным, принципам гражданского процесса (см., например: Воронов А. Достоинства и недостатки нового Гражданского процессуального кодекса // Отечественные записки. ^ 2. С. ). для дальнейшего судебного разбирательства, кроме усталости. Абсолютно верно утверждение о том, что «перерыв в судебном разбирательстве назначается только для отдыха»1. Мы не можем согласиться с утверждением, что перерыв объявляется не только для отдыха, но «также для подготовки к прениям, при ожидании прибытия свидетеля в суд и проч.»2. К сожалению, в судебной практике перерыв иногда используется для собирания и представления доказательств. Например, в п. 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ ют 20 декабря г. № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству» указано, что суд вправе объявить перерыв в предварительном судебном заседании для предоставления лицами, участвующими в деле, доказательств»3; из п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20 декабря г. № 66 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» также следует, что в перерыве предварительного заседания суд может решать вопросы, связанные с назначением экспертизы.

«Отдых» — понятие также неоднозначное, хотя, как следует из ч. 5 ст. 37 Конституции РФ, оно связано с продолжительностью рабочего времени, с выходными и праздничными днями и оплачиваемым отпуском. Очевидно, что «отдыхать» от разбирательства должен прежде всего суд, что не исключает объявления перерыва для отдыха других участников процесса. Тем не менее разбирательство дел «привязано» не к графикам работы (службы) лиц, участвующих в деле, или иных участников процесса, а к графику работы (службы) судей. То есть при определении времени для отдыха судья должен в определённых «пропорциях» руководствоваться графиком своей работы и работы суда, нормами Федерального закона «О государственной гражданской службе» (ст. 45), нормами ТК РФ, некоторых иных правовых актов. Как правило, перерыв объявляется при окончании рабочего дня, на выходные и праздничные дни, на обед, а также в иных случаях, которые не могут быть охвачены жёстким правовым регулированием, но которые подходят под определение «отдых» в его широком понимании (по гигиеническим, физиологическим, медицинским соображениям). При этом график работы может не совпадать с нормами, 1

Гражданский процесс: Учебник / Под ред. М.К. Треушникова. М.,

С. 2

Гражданский процесс: Учебник / Под ред. B.B. Яркова. 5-е изд., доп. и пе- рераб. М., С.

Из п. 25 того же постановления следует, что в целях представления необходимых доказательств сторонами предварительное заседание может быть отложено. регулирующими время отдыха, но он имеет для судьи приоритет, например судьи должны рассматривать дела и в выходной день, если они в этот день работают1.

Возможно, в целях достижения реальной доступности правосудия для граждан следует законодательно закрепить режим работы судов, предусмотрев их работу частично и в выходные дни. Интересно, что в постановлении VI Всероссийского съезда судей от 2 декабря г. «О состоянии правосудия в Российской Федерации и перспективах его развития» поднимается вопрос о режиме работы судей в том смысле, что им иногда приходится работать и по окончании рабочего дня, и в выходные дни, что не совпадает с графиком работы судебных приставов-«охранников»2.

Американский профессор К.А. Фриерсон, описывая в своей ' работе «Я обязан всегда отвечать перед законом» деятельность волостных судов в России конца XIX в., отмечает: «"Временные правила о волостном суде" г. включали также детально разработанную инструкцию о порядке производства и решения дел. Волостной суд должен был собираться не менее 2 раз в месяц, предпочтительно по воскресеньям после церковных служб»3.

Рассматриваемый принцип имеет в виду, что, хотя судья отдыхает от конкретного судебного разбирательства, он должен именно отдыхать, а не заниматься иной служебной деятельностью. Интересно, что к другим участникам процесса (лицам, участвующим в деле, секретарям и т.д.) закон не выдвигает требования не участвовать в рассмотрении иных дел.

Отложение судебного разбирательства — это перенос судебного разбирательства на определённый срок, если дело не может быть рассмотрено в данном заседании по причинам (обстоятельствам) преимущественно субъективного характера (неявка кого-либо из участников, непредставление истребованного доказательства и т.д.)4.

Исходя их этих положений отложение дела нельзя рассматривать как исключение из принципа непрерывности, что иногда

1 Например; рассматривают дела о нарушении избирательных прав в день выборов (референдума).

Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. № 5.

Frierson СЛ. «I must always answer to the law» Rules and responses in the reformed volost' court // Slavonic a. East Europ. rev. L., Vol. P. Цит. no: История судебных учреждений России: Сб. обзоров и рефератов / РАН. ИНИОН; Редколл.: Пивоваров Ю.С. (гл. ред.) и др. М., С.

Из указанных различий вытекают и разные последствия действия указанных институтов (сроки, порядок извещения участников и др.).

утверждается1; ведь разбирательство дела после его отложения начинается сначала. С некоторыми сомнениями можно рассматривать и «отложенное» составление мотивированного решения как исключение из принципа: если прямо трактовать положения ст. ГПК («Решение суда принимается немедленно после разбирательства дела. Составление мотивированного решения суда может быть отложено на срок не более чем пять дней со дня окончания разбирательства дела, но резолютивную часть решения суд должен объявить в том же судебном заседании, в котором закончилось разбирательство дела»), то становится ясным, что в любом случае (даже при оглашении только «резолюции») законодатель считает, что разбирательство дела в судебном заседании закончилось.

Что же касается запрета судьям покидать совещательную комнату в любом случае до принятия резолютивной части решения, то, с нашей точки зрения, это положение достаточно спорно: принятие решения — составная часть судебного разбирательства и заседания, значит, и в течение принятия решения может быть объявлен перерыв на отдых. Резолютивные части решений по гражданским делам (а не только приговоров по уголовным делам) могут быть достаточно объёмными. Запрет покидать совещательную комнату в этом случае нарушает многие и многие писаные и естественные права судьи как гражданина и человека и граничит с лишением свободы, причём в особо жестокой форме2.

Мы считаем непрерывность судебного разбирательства полноценным и важным принципом гражданского процесса, в результате действия которого внимание судей сосредоточивается на одном рассматриваемом деле, что способствует своевременному и правильному его разрешению.

Каковы предпосылки и гарантии его действия, исполнения?

Главной предпосылкой является чёткость и ясность формулировки этого принципа в норме права, достаточная раскрываемость этой нормы-принципа в других нормах гражданского процессуального законодательства. В отличие от некоторых других принципов, суть его сформулирована в законе достаточно ясно. С учётом замечаний по поводу понятий судебного разбирательства и судебного заседания, рассмотрения и разрешения дел можно утверждать, что принцип непрерывности судебного разбирательства состоит

1 Постатейный комментарий к гражданскому процессуальному кодексу российской федерации / Под ред. П.В. Крашенинникова. М., С.

Прямых нарушений тайны совещания судей, закрепленной в ГПК, мы в выходе судей из совещательной комнаты до оглашения решения также не видим.

в том, что судебное разбирательство по каждому делу происходит непрерывно, за исключением времени, назначенного для отдыха. До окончания разбирательства начатого дела или до отложения его разбирательства суд не вправе рассматривать и разрешать другие гражданские, уголовные и административные дела1.

Несменяемость судей в течение разбирательства — это правило, конечно, косвенно связанное с непрерывностью, но прямо относящееся к другому принципу — непосредственности судебного разбирательства: нарушение принципа непрерывности может быть никак не связано с неизменностью состава суда, с другой стороны, изменение в составе суда может произойти и без нарушения непрерывности. То, что правило неизменности состава суда — составляющая принципа непосредственности, — точка зрения не только большинства современных процессуалистов, но и дореволюционных учёных2.

Норма ч. 3 ст. ГПК достаточно хорошо сочетается с иными нормами ГПК РФ, что было рассмотрено выше. Те положения, которые критикуются практическими работниками, относятся напрямую не к принципу непрерывности (вряд ли можно спорить с тем, что дело лучше разобрать с начала и до конца, и с тем, что если человек устал во время работы, ему надо отдохнуть), а к институту отложения дела. Именно его следует совершенствовать. Речь идёт о том, чтобы восстановить в памяти судей и всех участников процесса «пройденный» до отложения разбирательства «путь», если он достаточно большой и трудоемкий, не повторяя вновь все процессуальные действия. Данную задачу мог бы решить доклад судьи, в котором все эти действия кратко описывались бы3. Заметим, что институт доклада дела имеет достаточно широкое распространение и сейчас, причём не только в первой инстанции (ст. , ГПК), но и в кассационной (ст. , ) и надзорной инстанциях (ст. ). Речь идёт лишь о расширении содержания доклада при рассмотрении дела сначала после отложения разбирательства, если не изменился состав суда. Таким образом, экономилось бы время, дело восстанавливалось в памяти, но при этом не нарушался бы принцип непрерывности. Главное — исчезала бы

Исходя из такой формулировки принципа, мы считаем, что в процессе вынесения одного судебного приказа судья не должен рассматривать и разрешать заявление и вынесение другого судебного приказа, рассматривать и разрешать Дела, относящиеся к другим видам производств.

См., например: Васьковский Е.В. Указ. соч. С.

Подобно «краткому содержанию предыдущих серий» при демонстрации кино- и телесериалов.

необходимость отказываться от него в уголовном и арбитражном процессах. По сути дела движение в данном направлении уже намечены положениями приведенных выше норм ч. 3 ст. , ст. и ГПК РФ.

Перейдем к гарантиям исполнения принципа непрерывности. Говоря о процессуальных гарантиях, К.Ф. Гуценко в своё время писал: «В широком смысле слова гарантиями принято считать средства, обеспечивающие реализацию чего-то. Когда о гарантиях говорят юристы, то имеют в виду средства, обеспечивающие претворение в жизнь каких-то правовых предписаний»1.

Представляется, что гарантиями любого из принципов гражданского процесса прежде всего являются: •

неблагоприятные последствия для участников процессуального правоотношения в случае нарушения принципа, в частности для лица, участвующего в деле, — вынесение решения в пользу другой стороны, отмена решения, вынесенного в пользу этого лица, процессуальные штрафы и иные процессуальные санкции (взыскание судебных расходов, предупреждение, удаление из зала судебного заседания), в случаях наличия в действиях (бездействии) составов преступления или административного нарушения привлечение к иным видам ответственности — административной и уголовной; для суда (судьи) — отмена вынесенного решения, меры дисциплинарного порядка, в случаях наличия в действиях (бездействии) составов преступления или административного нарушения привлечение к иным видам ответственности — административной и уголовной; •

благоприятные последствия для указанных выше лиц в случае соблюдения принципов.

Однако принцип непрерывности судебного разбирательства характеризуется тем, что он касается прежде всего судей. Только они могут реально и сознательно его нарушать (вряд ли будет справедливым возлагать неблагоприятные последствия на участников прерванного разбирательства, а также процесса, рассмотренного в перерыве разбирательства, — они подчиняются указаниям судьи).

Что касается гарантий соблюдения принципа, закрепленных в ГПК РФ, то следует признать, что таковые, по сути, отсутствуют. Нарушение данного принципа является, конечно, нарушением норм процессуального права, но к числу безусловно существен-

1 Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К.Ф. Гуценко. М., С.

ных нарушений (п. 1—8 ч. 2 ст. ГПК) не относится, так что только от усмотрения суда апелляционной, кассационной или надзорной инстанции зависит расценить данное нарушение как существенное или нет. Вполне возможно, что этот суд не будет отменять решение при нарушении этого принципа, так как сочтет, что «правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям» (ч. 2 ст. ГПК).

Возникает также вопрос о доказательствах нарушения этого принципа (как, кстати, и о доказательствах иных процессуальных нарушений). Особенно проблематично доказать данное нарушение, если оно происходило в пределах одного дня и в протоколах не зафиксировано время заседаний и перерыва. Можно ли в качестве свидетелей или в каком-либо ином качестве допросить судью, секретаря, других работников суда, участников процессов по другим делам, просто граждан, составлявших публику? Все эти вопросы требуют специальной проработки.

В качестве законодательного усиления гарантий представляется возможным закрепить непрерывность в качестве принципа гражданского процесса, т.е. в гл. 1 раздела I ГПК РФ, назвав эту главу «Основные положения и принципы гражданского судопроизводства» (подобные главы существуют, например, в ГПК Республики Казахстан, в ГПК Республики Беларусь) и установив, как в статье 23 ГПК РК («Значение принципов гражданского судопроизводства»): «Нарушение принципов гражданского судопроизводства в зависимости от его характера и существенности влечёт отмену вынесенных судебных актов»1. Как вариант, возможно, подобно ст. ГПК РБ, установление отдельно принципов судебного разбирательства с аналогичными последствиями. Как минимум желательно разъяснить в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, что нарушение данного принципа следует считать существенным нарушением процессуального законодательства. Кстати, в то время, когда в уголовном процессе данный принцип действовал, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17 сентября г. № 5 «О соблюдении судами Российской Федерации процессуального законодательства при судебном

Отметим, что нарушение основополагающих принципов российского пра- ва является в соответствии с нормами Федерального закона от 24 июля г. N° ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» (ст. 42 и 46), а также соответствующими нормами ГПК РФ и АПК РФ основанием для отмены решения третейского суда и для отказа в выдаче исполнительного листа на основании такого решения. разбирательстве уголовных дел» (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснялось: «Необходимо иметь в виду, что, исходя из принципа процессуального закона о непрерывности судебного разбирательства, после отложения разбирательства дела судебное заседание должно начинаться с подготовительной части независимо от того, рассматривается ли дело в том же или ином составе суда. Невыполнение этого требования является существенным нарушением процессуального закона, влекущим отмену приговора».

Источник: komitet2010.info

Ваш комментарий